Живой язык всегда характеризуется наличием в нем мата, матерных слов и устойчивых выражений, носящих нецензурных характер. В культуре любого народа мат играет особую, «закулисную» роль – он отражает базовую суть коллективного бессознательного и является неким строительным камнем, из которого сложен нижний пласт фольклора.

Матерные фразеологизмы и иносказания в большинстве своем не носят оскорбительного характера – на языке народа они являются метафорами, используемыми для того, чтобы выразить сформировавшиеся на протяжении веков результаты коллективного наблюдения и анализа, сравнения схожих данных и выведения итоговой морали. Фактически, эти матерные поговорки есть упакованные в несколько фраз поучительные истории, как правило содержащие: 1) причинно-следственную связь 2) мораль 3) мат 4) юмор.

Когда словарь «Азербайджанские матерные поговорки» (“Azərbaycan Arqo deyimləri”) Расима Гараджа впервые попал мне в руки, я была поражена, но отнюдь не содержанием словаря, а объемом исследования и самого научного труда. Изучая матерные поговорки, я пришла к выводу, что они очень полно и разносторонне отражают суть нашего народа, его страхи, его отношение к жизни, к гендерным и социальным вопросам, темам быта и духовности.

Например, сразу становится понятным, кто именно является «ритором» и автором матерных иносказаний – это исключительно мужчины. Отсюда и ярко-выраженное уничижительное, пренебрежительное, а в лучшем случае снисходительное отношение к женщинам (Примеры: «Ərə gedəni s*kib divara söykəmirlər», «Dul arvaddan göt istəyən kimi», «Dişi yalanmasa, erkək dolanmaz», «Deşikli muncuq yerdə qalmaz»). Не меньше достается и слабым мужчинам. Секс вообще занимает главенствующее положение среди тем, затрагиваемых в словаре – он является орудием мести, унижения и наказания, а мужской половой орган своеобразным мечом возмездия, орудием сильного, угрозой, нависшей над слабым. Причем, если сравнить ситуации, в которых подобные метафоры используются в словаре, становится очевидным, что участниками этих отношений являются, как правило, мужчины (Пример: «Qorxmaz götə tez s*k girər», «Kimin s*ki kimin götündə», «Kimi s*kək qabağa düşək?»). Однако, трагедии из этого никто не делает, ведь как говорится: kişinin başına iş gələr.

Носителями матерного и арго языка является определенный срез общества. Азербайджанский язык на протяжении всего двадцатого века менялся стремительно и продолжает меняться и сегодня. Казалось бы, 20-30 лет ничтожно малый срок для необратимых лингвистических изменений. Но беседа жителя Азербайджана 70-х годов ХХ века и сегодняшнего Бакинца могла бы закончится коммуникативным провалом, они просто не поняли бы друг друга – речь современного азербайджаноязычного Бакинца пестрит, как правило, исковерканными заимствованиями из русского языка.

Так ХХ век может быть интересен не только с точки зрения истории, но и с позиции лингвистики. Азербайджанский язык, и так претерпевший огромное количество влияний и изменений (как устный, так и письменный) за последние несколько веков, не мог пережить революцию и перестройку без соответствующих трансформаций. В результате этих трансформации помимо возникшего и быстро укоренившегося билингвизма (тандем азербайджанского и русского языков), появилась и диглоссия внутри одного только азербайджанского языка – он разделился на высокий (язык общения со старшими, противоположным полом, по работе) – своеобразный язык «приличного» общения, и низкий (арго-язык, матерный азербайджанский, испытавший огромное влияния русской «фени» и тюремной культуры в целом) – язык улицы, приправленный жаргоном.

Интересно, что развиваются оба азербайджанских языка – «приличный» испытывает влияние турецкого и английского, пополняется профессиональными терминами, растет, полнясь неологизмами, да и второй движется в ногу со временем, откликаясь на все изменения, происходящие в обществе и отражая их.

В ситуации огромного разрыва между дискурсами разных поколений, сложно переоценить значение работы, проделанной Расимом Гараджа: «Азербайджанские матерные поговорки» в частности и народный мат в целом могут вполне стать тем универсальным языком, который поймет любой азербайджанец, несмотря на его происхождение, возраст и род деятельности.

Dəmir sürtüldükcə parıldar